Для ребенка похоронка – лист бумажный, голубок.
Наиграется в воронке, на родной придет порог,
Спросит: «Мама, скоро папа всех фашистов победит?»
Вот время недомолвок, тайных смыслов, прописных
Полузабытых истин (лево-право),
И снова в пасти «века-волкодава»
Запретный плод и тёмный лес обид в глазах твоих.
На невысокой сопочке
Поклонный крест.
Петляет змейкой тропочка
Сквозь редкий лес.
И в холод, и в зной,
Сквозь туманы и лес
Несут наши бабы
Спасителя крест.
Февраль семнадцатого года
Запас последних дней ронял,
И Царь печального исхода
Спокойно, мужественно ждал.
Ещё не поруган рукой комиссарской
И за борт не сброшен Андреевский флаг,
Ещё не освистан он речью бунтарской,
Ещё не открылось: кто трус, а кто враг.
Шатром из тьмы накрыла землю ночь
И бой утих, и тишина настала
А он не мог прогнать о смерти мысли прочь
Тревога в сердце только нарастала,
Первый солдат.
Ведут, братва, с горы офицерьё.
Второй солдат.
Бери, товарищ, выше – генералов.
Славный выдался денёчек.
Всё, как будто, нет войны.
На валу растёт цветочек
Между точек огневых.
Уймитесь, бесовские силы.
Прекратите страну убивать.
Не одолеть никогда вам России –
Пора бы уж это понять.
Тот парень, что давно погиб в Афганистане...
Приходит часто днём или во сне.
В извечной битве жизнь победу дарит!
Но что-то важное хотел сказать он мне.
Где пьет толпа – там родники нечисты,
Там святость перемешана с грехом,
Там подлецы особенно речисты –
За чашу влаги предадут свой дом!
Закружил снежок под фонарями,
Под сугробом спряталась трава.
А моя любовь в многоэтажке,
Думает про женские права.
Мне часто снится страшный сон –
Быль перестроечных времён.
Чтоб не всплыла та мерзость вспять.
Хочу потомкам передать.
Он был у теле-нечисти кумиром
У Чубайсов, Милохиных и Ксюш.
Заслуженный воитель с русским миром, –
Растлитель неокрепших юных душ.
Покраснела Русь от крови,
Одурел крестьянский сын:
Брат Иван испил воды –
Из овечки да в козлы.
Ай да во славной стороне Российской,
Ай да во великой империи Православней,
Да сгустилися тучи страшные,
Тучи безверия да предательства
Выходя на дорогу, душа оглянулась:
Пень иль волк, или Пушкин мелькнул?
Ты успел промотать свою чистую юность,
А на зрелость рукою махнул.
У меня на депозите
Только солнышко в зените, —
Ты любви его лучи,
Словно вклады получи.
Мелко плаваем, низко летаем,
Недостойны великих имëн...
На погостах забитого края
Русский дух, как последний патрон!